НИИ
медицинской
генетики

Преэклампсия является одним из наиболее тяжелых осложнений беременности и существенно повышает риск неблагоприятных исходов, как для матери, так и для плода. Проведённая оценка заболеваемости беременных женщин, рожениц и родильниц по 85 субъектам РФ выявила значительную географическую вариабельность частоты данной патологии и ее рост в Дальневосточном федеральном округе. При этом, максимальное значение данного показателя было зафиксировано в Республике Саха (Якутия). Также известно, что в 2016 году среди регионов Дальневосточного федерального округа в Республике Саха было зафиксировано наибольшее количество случаев «near miss» («едва не умершие» женщины), значительная часть которых (54,5%) была связана с развитием преэклампсии тяжёлой степени и эклампсии. Эти данные подчёркивают актуальность проблемы преэклампсии в регионе и необходимость изучения её этиопатогенеза и клинического течения, в особенности среди якутской популяции, которая является титульной в Республике Саха. Цель исследования - охарактеризовать клинические особенности течения преэклампсии в якутской популяции. Проведен ретросрективный анализ акушерско--гинекологического анамнеза, соматической патологии, особенностей течения настоящей беременности и лабораторных параметров у 216 пациенток с преэклампсией и 130 женщин с физиологической беременностью из якутской популяции. Основной особенностью преэклампсии в якутской популяции является ее сочетание с анемией средней или тяжелой степени. В качестве дополнительных значимых факторов риска выступают первые роды в возрастных группах 15-19 и 30-34 года, наличие преэклампсии в анамнезе и экстрагенитальная патология (хронический пиелонефрит, избыточная масса тела, гинекологические заболевания). Выявленные гиперфибриногенемия и повышенная скорость оседания эритроцитов отражают системное воспаление и эндотелиальную дисфункцию при развитии преэклампсии в якутской популяции.

Актуальность: Исследование причин недостаточного роста плода остается одним из приоритетных направлений в современном акушерстве. При отсутствии у матери общепризнанных факторов риска, генетические детерминанты нарушения антенатального развития приобретают особую значимость как современный и перспективный вектор в диагностике и понимании патогенеза данной патологии. Цель исследования: Изучить ассоциации полиморфных маркеров гена AQP1 с клиническими формами недостаточного роста плода. Материалы и методы: Исследование проведено на выборке из 147 пациенток, беременность которых осложнилась развитием недостаточного роста плода, которые были подразделены на две подгруппы: Ia подгруппа включала пациенток с антенатально диагностированной задержкой роста плода (ЗРП) (n=80); к Ib подгруппе отнесены пациентки, беременность которых осложнилась формированием маловесного для гестационного возраста плода (МГВ) (n=67). Контрольную группу составили 150 женщин, беременность которых закончилась рождением ребенка с нормальными росто-весовыми показателями. Всем участникам исследования проведено генотипирование методом MALDI-TOF массспектрометрии на платформе «Sequenom MassARRAY4». Результаты: Впервые обнаружена ассоциация rs10253374 и rs4723022 гена AQP1 с развитием ЗРП. Установлено, что рисковыми для ЗРП являются генотипы СС rs10253374 (ОШ=2,210; p=0,015) и АА rs4723022 (ОШ=2,261; p=0,026). Генотипические комбинации оказались информативными для выделения как рисковых сочетаний генотипов (СС rs10253374 и АА rs4723022), так и обладающих протективными свойствами (TC rs10253374 и GA rs4723022) в отношении развития ЗРП. Значимых ассоциаций между полиморфными маркерами гена AQP1 и МГВ выявлено не было. При анализе ассоциаций изучаемых полиморфных локусов гена AQP1 с клиниколабораторными данными выявлено следующее: в контрольной группе при проведении комбинированного пренатального скрининга первого триместра, локус rs4723022  ассоциирован с значением риска задержки роста плода, рассчитанным в программном обеспечении Astraia. Наибольшее значение риска (637) отмечено для носительниц генотипа GA. В основной группе пациенток, у которых предыдущая беременность была осложнена недостаточным ростом плода, генотип АА встречался в 100% случаев. Заключение: Полученные данные позволяют предположить, что исследуемые полиморфные локусы гена AQP1 могут играть определенную роль в возникновении ЗРП. Требуется проведение новых исследований с расширенной выборкой для репликации полученных данных и применение передовых методов функциональной геномики для определения роли гена AQP1 в этиопатогенезе ЗРП.

Цель. У пациентов с хронической сердечной недостаточностью (ХСН) и высоким риском внезапной сердечной смерти (ВСС) оценить выраженность окислительного стресса и носительство полиморфных вариантов митохондриальной дезоксирибонуклеиновой кислоты (мтДНК). Материал и методы. В исследование включено 198 пациентов (78,79% — мужчины) с диагнозом ХСН и имплантированным кардиовертер-дефибриллятором в качестве профилактики развития жизнеугрожающих желудочковых тахикардий (ЖТ) и ВСС. Группу контроля составили 28 здоровых добровольца (64,29% —мужчины). Оценивали клинико-инструментальные показатели, концентрацию в плазме крови продуктов перекисного окисления липидов, реагирующих с тиобарбитуровой кислотой (ТБК-АП), и активность супероксиддисмутазы (СОД), полиморфные варианты А2706G/G3010A/G9055A мтДНК. Результаты. Пациенты с ХСН и высоким риском ВСС имели статистически значимо более высокие показатели ТБК-АП и СОД относительно группы контроля. В группе здоровых добровольцев у мужчин относительно женщин показано более высокое содержание ТБК-АП и сниженная активность СОД. При ХСН половые различия нивелируются. Факт зарегистрированных ЖТ не влиял на концентрацию ТБК-АП и активность СОД. Наличие сахарного диабета 2 типа, ожирения и дислипидемии у пациентов с ХСН и риском ВСС сопровождалось значимым повышением ТБК-АП. У носителей полиморфизма G9055A показано значимо более низкая концентрация ТБК-АП относительно носителей А2706G. Заключение. ХСН с высоким риском ВСС характеризуется выраженным окислительным стрессом. Перекисное окисление липидов в условиях нормы значимо выше у мужчин на фоне сниженной активности СОД. Нарушение обмена глюкозы и липидов при ХСН с риском ВСС сопровождается еще более интенсивным образованием ТБК-АП на фоне неизмененной активности СОД. Носительство полиморфного варианта G9055A мтДНК сопряжено с низким уровнем ТБК-АП.

Objective: Telecommunication-based cross-sectional study aimed to assess prevalence and health-related correlates of pharmacogenetic (PGx) drug administration.

Methods: Online survey population sample (n = 2149) was initiated by SMS invitations to random adults. Questionnaire included questions on demographics, health, and clinical pharmacology. PGx drugs were identified using ClinPGx/PharmGKB database. Combined number of drug-gene interactions involving CYP2C19, CYP2C9, CYP2D6, and/or UGT1A1 was referred to as Z-score. Subgroup of respondents was genotyped for CYP2C19, CYP2C9, CYP2D6, and UGT1A1 variants.

Results: Nearly 70% of respondents were taking pharmacotherapy. Susceptibility to adverse drug reactions (ADRs) positively correlated with PGx drug intake (p = 0.03454, n = 2149). Susceptibility to ADRs in genotyped group (n = 83) correlated with carriership of loss-of-function variants of UGT1A1 (7TA/7TA, r = 0.2355, p = 0.03796), CYP2C19 (*2/*17, r = 0.3317, p = 0.003012), and combined carriership of loss-of-function variants of four study genes (r = 0.2291, p = 0.04361). One, two, and three actionable drug-gene interactions were present in 15.7%, 10.8%, and 1.2% of cases, respectively.

Conclusions: Carriership of loss-of-function variants of study pharmacogenes was associated with increased susceptibility of participants to ADRs. Further research is needed to elucidate clinical relevance of PGx burden at population level.